Распечатать

Выступление Эллы Памфиловой на форуме «Государство и гражданское общество»

15 января 2015

15 января уполномоченный по правам человека в России Элла Памфилова приняла участие в работе Общероссийского форума «Государство и гражданское общество: сотрудничество во имя развития». Основной темой форума стали последние изменения закона о некоммерческих организациях.

Выступление Эллы Памфиловой на форуме «Государство и гражданское общество»

14-15 января уполномоченный по правам человека в России Элла Памфилова приняла участие в работе Общероссийского форума «Государство и гражданское общество: сотрудничество во имя развития». Основной темой форума стали последние изменения закона о некоммерческих организациях.

15 января состоялось пленарное заседание форума под председательством Президента Российской Федерации Владимира Путина, на котором уполномоченный выступила с докладом.

***

Э.ПАМФИЛОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники форума!

Я начну с хорошего, затем перейду к плохому, а закончу конкретными предложениями.

Во-первых, Владимир Владимирович, то, что мы с Вами встречаемся практически каждый месяц на тех или иных мероприятиях с участием правозащитного сообщества — говорит о многом, а главное, о том, что Вы уделяете большое внимание решению правозащитных проблем, как самых острых проблем общества, а также развитию государственной и общественной правозащиты. По просьбе правозащитников Вы создали отдельную грантовую программу для поддержки правозащитных проектов ННО [Некоммерческие Неправительственные Организации]. За два года её существования для многих ННО это стало фактором выживания: они были на грани, а получение грантов помогло им сохранить и развивать свою деятельность. Это дорогого стоит, и я надеюсь, что эта правозащитная программа будет и дальше развиваться.

Вот на чем бы я хотела остановиться: наше российское общество, исходя из стремительно меняющейся как внешней, так и внутренней ситуации, тоже довольно стремительно усложняется. Становится более многослойным и многомерным. Наблюдается рост общественных групп граждан, которые используют различные методы и формы объединения, порой весьма причудливые, для защиты своих прав, занятия благотворительностью, решения других насущных проблем. Формируются новые общественные интересы, которые требуют со стороны государственной власти внимания, понимания и подчас удовлетворения. В этих условиях представителям власти и на федеральном, и на региональном уровнях необходимо не только вовремя разглядеть эти новые намечающиеся процессы, но и научиться динамично и адекватно на них реагировать. Но пока, к сожалению, реакция на все новое и непонятное в лучшем случае инертная, игнорирующая происходящее, чаще — весьма настороженная, а в худшем случае она просто направлена на подавление сомнительных и непонятных, с точки зрения властей, инициатив. Они как будто действуют, исходя из принципа: «а как бы чего не вышло».

Вот почему я хотела бы обратить внимание на то (дальше буду ссылаться на исследования, которые были мной инициированы и проведены совместно с Фондом Общественное мнение и Центром Левада), что самое глубокое противоречие, которое характеризует уровень социального напряжения в обществе, это противоречие между населением и чиновниками, которое отметили 34% опрошенных; это значительно выше, чем даже противоречие между бедными и богатыми, которое отметили 25% респондентов.

Социальные противоречия из-за национально-культурных разногласий отметили всего лишь 12%, а между людьми разного вероисповедования всего — 5%, что на неблагоприятном, с этой точки зрения, общемировом фоне характеризует российское общество весьма положительно. Но 34%, характеризующих противоречие между населением и чиновниками, это очень тревожная цифра и повод задуматься: а что тут не так, почему не работают обратные связи? Мы так же опрашивали руководителей многих общественных организаций, и они отмечают, что по ряду факторов усложняются условия их работы: с одной стороны, взаимодействие с чиновниками стало более интенсивным в последние годы, но с другой стороны, более жестким. Общественники сетуют, что им все чаще приходится работать вхолостую, заниматься вместо содержательной работы избыточной отчетностью, когда «на каждую копейку — три бумажки».

И в данном случае, конечно, более всего тревожит состояние правозащитного общественного поля. Оно у нас очень неравномерное и слабое. Вы все знаете, что основные правозащитные ННО сконцентрированы в Москве, Санкт-Петербурге и ряде других крупных городов, а если посмотреть на Россию (мы с этим столкнулись, когда гранты выделяли), то в некоторых регионах их практически нет, правозащитных организаций. Практически нет. Я с трудом могу представить себе, чтобы правозащитные организации были «белые, пушистые, и приятные во всех отношениях» — тогда это уже не правозащитные организации. Заинтересованы ли местные власти, чтобы их поддерживать и развивать? Далеко не всегда, скажу прямо. Поэтому президентская грантовая программа, поддерживающая в том числе и региональные правозащитные проекты на федеральном уровне, имеет колоссальное значение. Это важно как для поддержки проектов существующих правозащитных организаций, так и для формирования нового современного правозащитного поля, чтобы были условия для самоорганизации, объединения и возникновения новых правозащитных ННО. И чем сложнее проблемы, тем правозащитных организаций должно быть больше. Я так полагаю, что, формируя грантовую политику, планируя грантовую политику, это обязательно нужно учитывать.

И мне представляется, что это хорошая идея по поводу поддержки социально ориентированных организаций. Но только надо уточнить; очень четкие должны быть термины, что такое «социально-ориентированная», «общественно полезная», «политическая» организация, и как их разделять, если вообще разделять. А правозащитная деятельность, правозащитная ННО — она, в той или иной форме, к каким относится? Это очень важно, чтобы мы «с водой не выплеснули и ребенка». Например, организации занимаются совершенно безобидным и полезным делом — помогают детям-инвалидам, посещают интернаты для психохроников и вдруг сталкиваются с неуемным воровством, коррупцией, произволом, жестоким обращением, — они начинают бить в колокола: пытаются достучаться до правозащитников, до СМИ, до власти… что это: общественно полезная, социально-ориентированная деятельность или политическая? Мы много об этом говорим, практически на каждой встрече, но в конце концов просто необходимо на судебном или законодательном уровне уточнить эти термины: что такое «политическая», а что такое «социально-ориентированная» деятельность. Иначе будет процветать избирательность и произвол в отношении организаций, которые «неудобны». Например, экологические организации, когда они выявляют, что начинает строиться какое-то там предприятие, угрожающее не только окружающей среде, но и здоровью людей, то начинают бить тревогу, какие они — социально-ориентированные или политические?

Поэтому я прошу, и сама готова участвовать, совместно поработать и упорядочить, уточнить все эти термины, прежде чем каким-либо образом делить ННО, иначе не избежать избирательности и произвола.

Теперь о хорошем. У нас очень хороший потенциал для развития. На протяжении нескольких лет наблюдается положительная динамика по увеличению тех, кто отмечает, что повлиять на происходящее в стране можно. С 2009 по 2014 годы с 10% до 30% возросло число людей, которые уверены в том, что они могут повлиять на то, что происходит в стране. А число людей, уверенных в том, что они могут повлиять на происходящее в своем городе, за эти же годы возросло до 40%. Люди становятся более уверенными в собственных силах. Ранее почти никто не знал о работе ННО. Сейчас знают, пусть не так много, как хотелось бы, но уже 16% россиян и 25% москвичей прекрасно знают, что такое ННО, и уровень доверия к ним растет. Этой тенденцией целесообразно воспользоваться для популяризации деятельности некоммерческих организаций, в первую очередь, благотворительных. Ведь наблюдается серьезное увеличение денежных объемов в индивидуальных пожертвованиях, помимо пожертвований социально-ориентированного бизнеса. Это большой дополнительный ресурс. По нашим исследованиям, роль донора, то есть жертвователя денег, сейчас шире, чем непосредственно участника или организатора. И если общественные организации умело используют привлекательные формы убеждения в том, что именно они наиболее эффективны и им можно доверять, то люди будут откликаться в еще большей степени.

Еще раз вернусь к правозащитникам. Многие из них отметили, что у них в последнее время улучшилось взаимодействие с государственными силовыми ведомствами, с правоохранительными органами. С Минобороны по вопросу призывников, с полицией, со Службой исполнения наказаний. Парадокс, но с гражданскими ведомствами меньше понимания стало, а больше бюрократического произвола. Многие жалуются. Очень важно не переусердствовать в излишнем контроле и административном давлении на некоммерческий сектор, иначе может быть снивелирован эффект от нынешней беспрецедентной господдержки ННО, поскольку ННО начнут распадаться, уходить в тень или замещаться неформальной гражданской активностью, подчас весьма сомнительного свойства. Вводимые правила отчетности и ведения деятельности не должны становиться настолько обременительными, чтобы издержки от государственной регистрации превышали ее преимущества. Это надо учесть обязательно.

И конкретные предложения по грантовой политике. Необходимо ввести практику планирования при осуществлении грантовых программ, исходя из реальных потребностей общества, его запросов и современных вызовов, которые могут решаться силами самих ННО. Например, мы проводили опросы. Кому люди готовы помогать? 40% готовы помочь престарелым, сиротам, инвалидам, бездомным животным, детям с заболеваниями, а также людям, которые пострадали при чрезвычайных ситуациях. Невысокая готовность среди населения, всего 20%, в отношении беспризорников, бездомных, умственно отсталых. Тут сочувствие с ощущением неловкости. И, практически, отказ в помощи бывшим заключенным, алкоголикам и наркоманам, ВИЧ-инфицированным (всего 5% опрошенных готовы помогать). О чем это говорит? Там, где высок общественный отклик на проблемы, в большей степени надо использовать общественный ресурс. А там, где невысокая гражданская активность, тут как раз необходима поддержка грантов, стимулирование тех организаций, которые готовы оказывать помощь тем, от кого отказывается большинство. В любом случае, такая политика нужна.

Еще один больной вопрос — все-таки целесообразно упростить финансовую отчетность, практически неподъемную для маленьких организаций. Она должна быть более гибкой.

При корректировке грантовой политики, с одной стороны, имеет смысл закрепить практику хорошо зарекомендовавших себя проектов, нацеленных на долгосрочное решение проблем. Чтобы они были уверены, что у них есть перспектива. Но, с другой стороны, направить усилия на развитие новых организаций, на выравнивание «ННО-ландшафта» с учетом региональной и тематической специфики.

Способствовать возникновению новых ННО, готовых работать над решением новых проблем, которые возникают каждый день. Сейчас возрастает акцент на социально-экономических проблемах. Поэтому актуальна мотивация для высококвалифицированных юристов, финансистов, экономистов и других специалистов, чтобы они шли в этот сектор. В основном, куда они идут? Или в госструктуры, или, если объединяются, идут защищать бизнес от государства. А вот обычного человека от недобросовестного бизнеса на общественном уровне защищать практически некому. Посмотрите, сколько у нас сейчас проблем, например, защита граждан от недобросовестных кредиторов, коллекторов, страховщиков и пр. Тут невероятно важны хорошего уровня специалисты, которые бы работали на защиту прав граждан вот в этих специфических сферах.

Вот и все. Спасибо большое!

Фото: kremlin.ru 

Видео выступления доступно по ссылке

Система Orphus
Новости Уполномоченного
Соблюдение прав граждан ДНР, ЛНР и Республики Украины, прибывших на территорию Брянской области

Соблюдение прав граждан ДНР, ЛНР и Республики Украины, прибывших на территорию Брянской области

18 мая 2022
17 мая 2022 года Брянскую область с рабочим визитом посетил заместитель руководителя Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, руководитель мониторинговой группы Аппарата Уполномоченного по защите прав прибывших граждан из ДНР, ЛНР и Украины Владимир Абрамов. В рамках мероприятия Владимир Абрамов совместно с Уполномоченным по правам человека в Брянской области Вячеславом Тулуповым, а так же с представителями Пограничного Управления ФСБ России, ФГКУ «Росгранстрой»…
«Либо диалог, либо некролог»: правозащитники о жизни Андрея Бабушкина

«Либо диалог, либо некролог»: правозащитники о жизни Андрея Бабушкина

17 мая 2022
17 мая в Доме прав человека прошла церемония прощания с известным российским правозащитником, членом СПЧ, членом Экспертного совета при Уполномоченном Андреем Бабушкиным. Гражданскую панихиду посетили более 500 человек, среди которых представители государственных органов, общественных организаций, правозащитники, региональные уполномоченные по правам человека, журналисты. По словам председателя Совета при Президенте Российской Федерации…

Представитель Уполномоченного посетил ПВР в Тихвинском районе Ленинградской области

17 мая 2022
17 мая начальник управления защиты социальных и культурных прав Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Сергей Андрианов и Уполномоченный по правам человека в Ленинградской области Сергей Шабанов провели свой рабочий день в посёлке Царицыно Тихвинского района Ленинградской области – в пункте временного размещения граждан из ДНР, ЛНР и…
Новости Уполномоченного