Уполномоченный

Напомним, в Европейский суд по правам человека эта жалоба была подана в числе аналогичных 29 дел, описание которых в целом сводится к тому, что у всех заявителей, проживавших в момент описываемых событий на территории Чеченской республики, в период с 2000 по 2006 год пропали родственники после их ареста военнослужащими.  Помимо г-жи Ягаевой, интересы которой представляет МРОО «Комитет против пыток», часть заявителей по делам данной группы  представлена  правозащитной организацией "Правовая инициатива по России", часть не имеет представителей и ведет свои дела самостоятельно.

Обстоятельства происшествия по
делу Ягаевой просты и типичны для того времени: семья мирных жителей находилась
в своем доме в то время, как к ним под предлогом проведения паспортной проверки
ворвалось несколько вооруженных мужчин, одетых в камуфляжную форму.  Не разъяснив причин и законных оснований,
военные забрали Зайнди Аюбова (мужа заявительницы) и с тех пор о его судьбе и
местоположении ничего не известно. По данному факту родственниками похищенного
было незамедлительно подано заявление о преступлении, но, как в подавляющем
большинстве аналогичных ситуаций, это не дало, к сожалению, никакого
результата.

Европейский суд поставил перед
властями России довольно большое количество вопросов, на которые государство в
привычной для себя манере ответило довольно пространно, не особенно утруждая
отстаиванием своей позиции. Основным предметом спора в деле о пропаже Зайнди
Аюбова, также как и в других делах со схожей фабулой, явилась принадлежность
вооруженных лиц в военной форме к представителям государства, а также факт
гибели родственников заявителей. 
Правительство РФ утверждает, что заявители не привели достаточных
доказательств  ни того, что вооруженные
люди, одетые в камуфляж, являлись представителями вооруженных сил, ни того, что
пропавшие родственники в самом деле мертвы.

Хотелось бы отметить, что
опровергая причастность представителей вооруженных сил к действиям такого рода,
юристы аппарата Уполномоченного 
Российской Федерации при ЕСПЧ прибегают к шаблонным формулировкам,
которые уже неоднократно опровергались 
как Комитетом против пыток, так и другими представителями жертв, и в
результате этого не принимались Европейским судом как адекватные.

В данной ситуации дело обстоит
практически также, как и в деле Хашуева против России, поэтому специалисты
Комитета против пыток не сомневаются, что и в этом случае ответственность за
пропажу 29 человек будет возложена на российские власти. В связи с этим,
считаем важным отметить, что наиболее эффективным для России  было бы не дожидаться следующих решений по
аналогичным делам, а подобно Турции, 
организовать систему решения данного вопроса на национальном уровне.